воспоминия живых сухумчан

0 Comments
27.02.93 Грузия,Абхазия Разрывы снарядов установки "Град" раздавались все реже и вскоре стихли. "Теперь до утра будет тихо" - подумала Алла. Она лежала одетая, укрытая до подбородка одеялами. Но согреться в квартире, где уже полгода нет отопления, так и не смогла. Сырость и холод пробирали насквозь. Вчера, после похорон мужа, смертельная усталость свалила ее, "наградив" тяжелым сном - обмороком, а сегодня этого счастья не дано. Нет слез, нет мыслей, нет ощущения самой себя. Мир - это тишина, темнота и полное одиночество. "Я тоже умерла, и уже где-то в космосе" - думала она. "Как бы не сойти с ума...". Зудящий звук за окнами. Вроде зима, не время для комаров. Нудный и тонкий звук стал густеть и басить. Он тяжелел и нарастал. Наконец гул стал узнаваем. Господи, это самолет, она знает, это летит перегруженный бомбами самолет, они еще нас и бомбить будут! Не успела подумать, как первый глухой удар сотряс землю. Три - четыре минуты спустя новый взрыв. И еще, и снова, и все ближе... Она закричала от ужаса. За что ей все это! Ведь уже когда-то было, было...! Как молнией ослепили воспоминания 43-го: свой истошный крик, почти визг, и ревущее небо, и взлетающие вверх, словно легкие щепки, вагоны.... Две войны для одной жизни - это слишком.... Вновь тишина и темнота. Она сидит на полу между кроватью и трюмо и отчаянно рыдает. Долго всхлипывает и раскачивается. Постепенно началась дрожь, застучали зубы, застывшие конечности не слушались. Кое-как заползла под одеяло. И вскоре вконец измученная - забылась. Военные действия, описываемые здесь, в прессе называли грузино-абхазским конфликтом. Женщина, о которой идет речь - украинка, родом из города Донецка, родственники жили на Украине, а здесь знакомые и соседи все уехали. Она осталась одна. 03.03.93 Грузия,Абхазия Это был четвертый голод в ее жизни. (Ведь уже пережила украинский голодомор 33-го и войну.) Хлеб в Сухуми привозят рано утром в ограниченом количестве. Очередь за ним нужно занимать ночью. (А в это время в городе комендантский час, патруль имеет право стрелять без предупреждения). Но хлеб нужен. Алла с соседями идет по ночному городу, а в небе висят такие же "люстры", как в 1944году. Вдруг раздается гул летящего самолета. Люди продолжают идти, а Аллу охватывает паника. Она забегает в первый попавшийся подъезд и сидит там пока гул не стихает. 04.03.93 Грузия, Абхазия Алла проснулась, невеселые думы словно поджидали ее. "Лучше бы не просыпалась". Надела платок, пальто. Надо идти на поиски пропитания. Привычное чувство голода. Еда даже снилась, просыпаясь обнаруживала, что жует пододеяльник. До развала СССР она была полной, крупной женщиной. Сейчас похудела до неузнаваемости. (Муж перед смертью был вообще почти бестелесным - кожа и кости.) Как долго боролась Алла за жизнь тяжело больного мужа, приносила еду, находила и покупала лекарства, приглашала медсестер. Только ради него она двигалась, продлевала каждый день, каждый час его жизни. Сейчас все потеряло смысл. Решила пойти на набережную. Служители Кришны иногда привозили туда кашу, прямо в кастрюлях. Редкую заботу проявляли монастыри, церкви, порой Израиль присылал гуманитарную помощь, Германия поставляла мясные консервы в продолговатых коробках. Но все это было каплей в море для местных жителей, несмотря на то, что основная их масса уехала. Рассыпалась по всему бывшему союзу. Осажденный город был почти пуст. (А раньше этот курорт бурлил от наплыва отдыхающих со всего мира). Абхазцы уехали все. Грузины остались лишь те, кому некуда было ехать, кто верил, что скоро все закончится, кто вступил в ополчение и защищал город. Жители других национальностей тоже постарались уехать. Тяжелее всех было старикам. Они охраняли свои дома, надеясь на быстрое перемирие. А брошенные квартиры навещали воры, порой и убийцы. Городом никто не управлял, не было электричества, тепла, еды, денег. Магазины, учреждения стояли заколоченные досками, не хватало надписи 1917 года-«Все ушли на фронт». Сберегательные кассы давным-давно перестали снабжать жителей деньгами, пенсии не выдавались. Воду сомнительного качества брали из городских люков, носили ведрами домой, кипятили на кострах, "буржуйках". Такое «обеззараживание» не всегда помогало, многие потом болели гастрозаболеваниями. По центральным улицам ездили танки. Они разворотили весь асфальт на улицах и набережных, уничтожили прекрасные клумбы и газоны, фонари. День и ночь город обстреливался из дальнобойных орудий. А потом стали бомбить....Алла во время бомбежек бежала к соседке, на первый этаж, (больше в подъезде никого не было). Молилась об одном - господи, помоги мне выбраться отсюда. 17.03.93 Грузия Абхазия Самолет медленно разворачивался, выруливал на взлетную полосу... За день до отлета Алла нашла сына приятеля покойного мужа, ныне работающего в комендатуре, и попросила помочь уехать. "Оставаться опасно." - согласился он. «Авиарейсы редки. Но завтра будет самолет из Тбилиси. Это сейчас единственный маршрут.» Алла собрала чемодан. Навела относительный порядок в квартире. Все более менее ценное отнесла в детскую (комната внучки) и заперла ее. Подготовила одну комнату для жильцов. Ей пообещали что в квартире будут жить гвардейцы. Старалась не думать о том, что уже завтра здесь будут ходить чужие люди. Попрощалась мысленно с мужем, домом, городом. Сердце ее разрывалось. Лучшие годы жизни провела она здесь, на берегу Черного моря. Это была ее Лебединая песня, которую жестокая судьба так грубо оборвала. Ее муж, известный человек в городе, созидатель, строитель, почти 20 лет от зари до зари строил дома, пансионаты, коммуникации, гостиницы - все то, что сейчас планомерно разрушалось бомбами и снарядами.... Прощай дорогой, прости, что бросаю тебя, твою могилу. Пойми, меня уже хоронить будет некому. И вот она летит в самолете, ее отправили в первый салон, во второй что-то грузили. Пассажиры - молодые ребята в коммуфляжной форме - ополченцы, говорят по-грузински, некоторые возбуждены, кричат. Что за груз во втором салоне? Перелет занял 40 минут. Замолчали моторы, подкатил трап, началась разгрузка. И вдруг отчаянный плач, женские вопли разорвали тишину. Алла поняла, что было в салоне. (Из Афганистана тоже прилетали "Черные тюльпаны" с телами убитых солдат). Тбилиси встретил безразлично. У жителей города с развалом СССР хватало своих проблем. В такое трудное для всех республик время надо было заботиться и о тысячах беженцев из Абхазии, наводнивших всю Грузию. Люди потерявшие дом, а порой и близких, надежду на скорое возвращение домой, были испуганы, растеряны. Их нужно было обеспечить жильем, деньгами, питанием, позаботится о стариках и детях. Все чего хочет Алла - это улететь в родной Донецк, где родилась и жила перед отъездом в Абхазию. Но как купить билет на рейс, называемый непонятным словом чартерный и цена которого 15 тысяч рублей. Не зная как поступить, поехала в город, в горисполком, где ей выдали удостоверение беженки и деньги, которых явно не хватало на билет. К вечеру возвратилась в аэропорт, в гостиницу, где ее поселили бесплатно, на несколько дней. Не оправившись от горя, одна в чужом городе, Алла вконец пала духом, но вдруг ее мучения были вознаграждены. И снова ей помогли военные. На следующий день утром, к гостинице подъехала легковушка, и гвардеец – красивый молодой парень, к которому накануне она обращалась, (найти бы его, всю жизнь она будет его помнить и благодарить за это) дав 10 минут на сборы, повез ее на летное поле. Она заплатила сколько смогла, пилоту транспортного самолета "Руслан", сидя на каком-то откидном стуле, возле огромных машин, одни колеса, которых были с нее ростом, она долетела до Краснодара. А там, в кассе аэропорта, на последние, так бережно расходуемые деньги, купила билет до Донецка. Получив на руки билет и сдачу, отошла от окошка и вдруг почувствовала, что силы оставляют ее. Еле дотащившись до ближайшей лавки села. Всего сорок минут полета, и она в безопасности, спустя много лет опять на родине, с родными, но какой ценой. Слезы бежали по ее лицу, а прохожие безразлично посматривали на пожилую плачущую худую женщину с небольшим чемоданом и маленькой собачкой. Она думала, о том, что, смертельно устала, о своей вдовьей участи, о том, что горе от потерь никуда не ушло, а лишь временно уступило место насущным проблемам. Через час она приземлится в аэропорту Донецка. Запас мужества, который держал ее всю жизнь, исчерпан. Что ей делать дальше, она стара, больна, а главное бездомна и во всех ее бедах, виновата, война. Она проклинала все войны на свете, и тех, кто их развязывает. Кто ответит за ее, погубленную великой отечественной войной молодость, за безысходность и отчаяние старости. Через 2 года она ослепла. А.К из Сухуми
eXTReMe Tracker
Рейтинг блогов


You may also like

No comments:

.

eXTReMe Tracker

Ads