Место жительства - война: Путь домой

0 Comments
Мы с Лианой не спим. Ждем, когда вернется из гостей сын Тенгиз. Приходит поздно. Чему посвящено застолье? - Открытию коровника. Хихикнула я зря. Действительно - открывали коровник. У одного владельца коровы сожгли дом и все подворье. Он привел корову к родственникам в Гали, у которых коровника не было. Строили миром. Несли на стройку у кого что было. У Тенгиза с Лианой ничего, кроме гвоздей, не оказалось. Ржавых, уточняет Тенгиз. У коровы теперь есть жилье. Разве это не повод и не причина, чтобы собраться всем вместе и сказать друг другу хорошие слова? Уже было за полночь, когда Тенгиз принес свое сокровище - альбом. Посвящен службе в армии. "730 дней они защищали небо Родины" - так открывается альбом. Это первая страница. Здесь же карта страны, которой нет. Самые драгоценные страницы - о друге. Артур Эшба. Абхаз. Погиб на учениях. Когда Тенгиз возвращался из армии, перво-наперво пришел не к себе домой, а на кладбище в Мерхеуле, где покоится друг. Страницы альбома, посвященные Артуру, нелегко переворачивать. Строки набраны из металла. "Артур вечно живет в сердце Тенгиза" - эта фраза альбома вбивается в память навечно. Когда началась грузино-абхазская война, сын Лианы ушел из дома. Не воевал. Но перед уходом успел положить альбом на видное место. Оставил записку: "Всем, кто прочтет. Вы можете вынести из этого дома все, что захотите. Но я прошу вас: не сжигайте дом в память о моем друге. Я был пятым братом в его семье". Лиана рассказывает, что однажды в доме поселился чеченец. После него осталось много шприцев. Наркоман был. Но чеченец оказался предельно внимателен к спичкам - боялся поджечь дом. - Значит, и у таких что-то есть в сердце, - сказал Тенгиз. - Почему не уехал, как брат? - спрашиваю. - Многое что не отпускает… и она тоже, - он дотронулся рукой до лозы. - Знаете, как она плачет, когда погибает? Кожей ощущаешь жизнь в самом изначальном смысле этого слова. Жизнь, в которой важно, что ты строишь дом, ухаживаешь за лозой, зажигаешь свет для соседа. Держишься за символы и знаки жизни вопреки тому, что еще в глазах и памяти смерть, беда, несчастье. ...Еще не было семи утра, как мы с Лианой и Тенгизом пошли на базар - самое людное место в Гали. Тенгиз сказал: - Уже оживился... Не сразу поняла, что речь идет о базаре. У жителя Гали другой порог ощущения жизни. Другая чувствительность ко всему живому. Когда менгрел обращается к вам с вопросом: "Мучорек?" ("Как поживаете?") - доминанта не на ваших делах, а на сущности - вы живы. Вы живете! ...Сын Лианы едет со мной до моста, а потом подчеркнуто лихо проходит абхазский пост, давая понять, что тут все его друзья. Но я уже знаю, чего стоит каждый шаг преодоления страха, вражды, недоверия. Из таких преодолений творится заново мир. ...В это раннее воскресное утро мост через Ингури необыкновенно оживлен. Из села Дзихазурга идет семья. Несут мешок орехов продавать в Зугдиди. Таможенный абхазский пост содрал с обладателя мешка пять лари. Это целое состояние. Я поношу таможню. Лали из Дзихазурги защищает абхаза: - У него не было сдачи. Он не хотел взять пять лари. Просто не было денег... Нет, нет, я же видела, что содрать не хотел. - Бог ты мой! - восклицаю я прямо на мосту. Как бы мирно жили народы, если бы им не мешали политики... ...Муж Лали ставит мешок на мост. Большими горстями берет орехи и требует мою сумку. Ворчит: "С такой маленькой сумкой можно ходить в Гали?" Навстречу нам из Зугдиди идет старая женщина с палочкой. Ее дом сожгли в мае. В первую войну, в 1993 году, убили мужа. Ни за что ни про что. Нелли бежала из Дзихазурги дважды. Сейчас живет в сарае, спит на полу. Взойти на родное пепелище боится: рядом абхазский пост. Потому прямиком идет к соседке. Из чужого окна смотрит на то, что когда-то было ее домом. Без этого жизни нет. - Нелли! Не бойся! Там сейчас стоят хорошие ребята. Иди домой, не бойся! - говорит Лали. Дома нет, но Нелли улыбается. И прибавляет шагу. отсюда
eXTReMe Tracker
Рейтинг блогов


You may also like

No comments:

.

eXTReMe Tracker

Ads