"Комсомольская правда" 31.10.1992, Геннадий Бочкарев: Как я участвовал в обмене военнопленными

0 Comments
«Уазик» свернул с автотрассы и стал карабкаться по горной дороге. Мы ехали в село Холодная Речка неподалеку от Гагры. 8 км в горы. Кто это мы? Съемочная группа программы «Взгляд» — журналист Михаил Маркелов, продюсер Андрей Крылов, оператор Константин Кряков, я, корреспондент «КП», и четверо абхазских военных. *** В Абхазию мы попали с миротворческой миссией. На встрече глав государств в Бишкеке «КП» и «Взгляд» обратились к президентам стран СНГ с предложением выступить с совместным заявлением. Мы подготовили проект документа, где предлагали лидерам государств Содружества подтвердить свое уважение ЕС Женевским конвенциям о, защите жертв войны (1949) и дополнительных протоколов к ним (1977). Речь шла и о создании координационного совета Обществ Красного Креста и Красного Полумесяца, республик бывшего Советского Союза. Подчеркну, не какой-то новой «союзной конторы», а совета «старых организаций Красного Креста». В горячих точках бывшего Союза представители этого совета выступили бы третьей интернациональной гуманитарной силой. Организовали бы обмен военнопленных, помогли раненым и мирному населению, направили бы продовольствие и медикаменты в зону конфликта под своим неприкосновенным флагом Красного Креста и Красного Полумесяца. Президенты стран СНГ поддержали миротворческую акцию «КП» и «Взгляда» и согласились внести наш вопрос в повестку дня заседания глав государств Содружества в Минске 4 декабря. У нас было время. И мы попытались на практике выступить посредниками в обмене грузинских и абхазских военнопленных... *** «Уазик» затормозил. Командир Бзыбского рубежа обороны вооруженных сил Абхазии майор Геннадий Чанба вышел из машины: – Приехали. Он где-то здесь. Если еще жив... В селе Холодная Речка спели мандарины и фейхоа. Дома располагались на склоне и утопали в зелени. Казалось, эти домишки кто-то приклеил прямо к горе и замаскировал вечнозелеными деревьями. – Пошли, – связал майор. Спустились в какой-то дом. В 1 из комнат на диване лежал бледный худой человек. Это был тяжелораненый грузинский гвардеец Джамбул Фруидзе. Вместе с ним находился местный врач Георгий Паришвили. Он выхаживал солдата 15 дней до тех пор, пока не понял: Джамбулу требуется срочная операция в специальной клинике. Врач огласил диагноз: – У парня сквозное огнестрельное пулевое ранение левой голени. Открытый перелом обеих костей, касательное ранение правой стопы. Температура доходила до 40° – лихорадка... После того, как абхазские ополченцы взяли Гагру и несколько групп грузинских солдат скрылись в окрестных лесах, военное командование Абхазии довело до сведения «бродячих» гвардейцев, что, если они добровольно сдадутся, каждому гарантируется жизнь и медицинская помощь и отправка домой в течение 24 часов. Тогда-то врач грузин и сообщил о раненом. Без специфической операции Джамбулу оставалось жить максимум 3 дня... Мы спросили о дальнейшей судьбе грузинского солдата. Майор Чанба сказал, что теперь Джамбул военнопленный. Сначала парня повезут в гагринскую больницу, а там его судьбу решат врачи. Раненого взяли на руки и понесли к машине. – В больницу! – приказал майор. Естественно, мы понимали, что у этой войны свои законы и особо нянчиться с военнопленным противником никто не будет. Просить абхазского майора за просто так отпустить Джамбула? Вряд ли мы имели на это моральное право. Главный врач гагринской больницы Валентина Николаевна Чачба сразу вызвала дежурного хирурга. – Осмотрите. Однако доктор, который лечил Джамбула в поселке Холодная Речка, настаивал на отправке раненого в травматологическое отделение хостинской больницы. Это ближайшая к Гагре клиника, где проводят специфические операции. А Хоста-то за границей, в России... – Разберемся, – сказал дежурный хирург. Мы попросили абхазских врачей, если это возможно, то прямо сейчас сделать рентген. Снимок был готов минут через 20, и мы услышали заключение специалистов: – Раненого надо отправлять в Хосту. В Гагре для такой операции нет оборудования. Для Джамбула, по сути, этот «диагноз» означал свободу. Мы посмотрели на абхазского майора: — Отпустите? Геннадий Чанба вздохнул: – Отпустим. Слово врачей – закон. Пусть это будет жестом доброй воли. Пусть они также отпускают наших... Уверен, у любого, кто сейчас читает мой репортаж, сразу возникает крамольная мысль: мол, конечно, пленного отпустили ради «Комсомолки» и «Взгляда». Поверьте, если бы это было так, мы только и делали, что писали и снимали в лагерях военнопленных. Но это война. Здесь всем до лампочки газеты, и солдатам некогда сидеть у телевизора. Здесь каждый смотрел смерти в лицо и хоронил друзей. Кому какая разница, узнает ли мировая общественность о гуманности солдат на этой войне? Пусть и не узнает. Ну и что! Здесь даже расстрел можно представить как торжество высшей справедливости, как месть за боевых товарищей... Майор Чанба просто поступил по-мужски. Как солдат. Сегодня у абхазской стороны 38 грузинских военнопленных. Этих грузин меняют на абхазов. Но в последнее время обмен застопорился, и мы приехали в Гудауту с надеждой «активизировать процесс». Провести обмен по принципу всех на всех. «Взгляд» и «КП» были готовы выступить посредниками. – Что ж, мы не против, – сказал исполняющий обязанности МВД Абхазии Александр Анкваб.— Тем более что с первых дней проводим такие обмены. По этому вопросу у нас с грузинской стороной устаовлен нормальный контакт. По последним данным Александра Анкваба, грузинская сторона удерживает 2 военнопленных и 23 мирных жителя, которые якобы арестованы за нарушение комендантского часа. Впрочем, по законам любой войны, эти люди должны быть отпущены без каких-либо предварительных условий, на войне меняют военнопленных. Женевские конвенции запрещают брать в заложники мирное население... А потом Александр Анкваб связался с грузинскими военными. Он предложил посредничество «Комсомолки» и «Взгляда». Договорились на том, что та сторона к вечеру ответит. И мы поехали в лагерь военнопленных. Под лагерь военнопленных в Гудауте приспособили ангар местной нефтебазы. Все как в кино: колючая проволока, решетки, нары, охрана. Охранник открыл дверь. Нас окружили грузинские пленные, разговорились: – Скажите, кто откуда? – Мы все из Тбилиси, почти все из 1 батальона. В плен сдались в Гагре, не хотели бессмысленного кровопролития... – Когда вернетесь домой, возьмете в руки оружие? – Нет. Вариантов нет. Если только на Грузию нападут. Впрочем, что они еще могут сказать... – На войне вам платили? – Нет. – Сколько лет самому старшему? – 42. – А самому младшему? – 19. Мне даже домой разрешили позвонить... – Что хотите передать родным? – Передайте, что живы. Здоровы. К нам относятся нормально. Кормят. Попросите, чтобы нас побыстрее обменяли. Родные знают, что мы в плену. А недавно к пленным приходил священник из местной христианской церкви. Он устроил благотворительный обед и раздал всем крестики. Энзара Гогишвили в плену даже покрестили. Вечером идея с нашим посредничеством рухнула. Нам не в чем упрекнуть грузинскую сторону. Говорят, в Сухуми просто не было связи. Пленные остались ждать «до связи»... – Вопрос с обменом людей между конфликтующими сторонами стоит очень остро, – говорит председатель абхазской комиссии по обмену заложников и задержанных лиц Беслан Кобахия. – По нашей информации, сегодня большое количество людей в Сухуми нуждается в очень серьезной помощи. Не хватает продуктов и медикаментов. Мы предлагали грузинской стороне, чтобы они дали возможность выехать из Сухуми тем, кто пожелает. Сейчас ведем интенсивные переговоры, но результаты пока далеки от идеальных. Нам бы очень хотелось, чтобы к решению этой проблемы подключились люди со стороны, ну, скажем, организация Красного Креста и Красного Полумесяца... – В этом есть необходимость? – В этом есть огромная необходимость! Наверное, вам трудно понять, но, поверьте, сотни людей нуждаются в таком независимом посредничестве. Вот вы говорили о координационном совете Общества Красного Креста и Красного Полумесяца. Если бы сейчас был такой совет, скольким людям удалось бы помочь... *** Шел третий день нашего пребывания в Гудауте. Организовать масштабный обмен грузинскими и абхазскими пленными мы не смогли. И тогда «Комсомолка» и «Взгляд» обратились к абхазскому руководству с просьбой просто освободить 1 из грузинских военнопленных. Пусть этот шаг будет сделан безо всяких условий и намеков на достойный ответ. Мы гарантировали, что увезем пленного в Россию и отправим в Тбилиси на самолете. Нам поверили. На следующее утро мы снова пришли в гудаутский лагерь военнопленных. У меня перед глазами до сих пор стоят эти небритые люди, которые сразу почувствовали: кому-то повезет, кого-то освободят. Но кого? Справка. «Дана Кабришвили Амирану Митоевичу, проживающему в городе Тбилиси, в том, что в целях гуманного отношения к военнопленным и при посредничестве газеты «Комсомольская правда» и программы «Взгляд» он освобождается и ему разрешается выезд за пределы Абхазии. И. о. министра обороны Абхазия полковник В. Аржба». «Комсомольская правда» и «Взгляд» выражают благодарность абхазским военным, обеспечившим нам беспрепятственный проезд до границы с Россией, милиционерам и пограничникам российского поста «Псоу», администрации аэропорта Сочи. спасибо продолжение следует
eXTReMe Tracker
Рейтинг блогов


You may also like

No comments:

.

eXTReMe Tracker

Ads